Федерация дзюдо Челябинской области. Учебный Центр олимпийской подготовки по дзюдо. Чемпионат России по дзюдо - "Танец" с Макаровым, или Как журналисты президентский спорт изучали

chelyabinsk.ru,
19 ноября 2004
спецрепортаж

Конечно, вы слышали, что такое дзюдо. Это вид единоборства, пришедший к нам из далекой Японии и для простого русского человека, издревле привыкшего играть в лапту и городки, пожалуй, немного странный. Посудите сами. Несколько зеленых матов-татами, плотно сбитых друг к другу. Широкая красная линия в виде большого квадрата, очерчивающая зону противоборства. И наконец, два спортсмена в белоснежных кимоно. Они кружатся в некоем причудливом танце, пытаются сделать друг другу подножки, подсечки, сцепившись руками, соприкасаясь головами, будто двое мальчишек, потерявших монетку и вместе пытающихся ее найти... Бац! Неожиданно один взлетает, взмахнув руками и ногами, как застигнутая врасплох птица, - вспархивает и красиво падает на татами. Все. Конец. Чистая победа...

Признаюсь, дзюдо волновало меня с детства. Еще в девятом классе я и несколько моих школьных друзей пошли записываться в "Динамо". Именно там была лучшая в городе спортивная школа. Несколько лет я буквально жил этим видом спорта. Тренировки - три раза в неделю, летом - поездки в спортивный лагерь. Казалось, все это осталось в прошлом. И вдруг- звонок в редакцию.

"Не желает ли кто нибудь из ваших журналистов поучаствовать в мастер-классе по дзюдо?" - раздался незнакомый голос. От неожиданности я даже растерялся. "С 11 по 14 ноября у нас проходит чемпионат России, вот и приглашаем журналистов", - пояснили на том конце провода. - "А кто будет проводить мастер-класс?" - спрашиваю я, потихоньку выходя из ступора. - "Серебряный призер Олимпиады Виталий Макаров", - гордо и с некоторым холодком отвечает трубка, снова вводя меня в транс. Виталий Макаров для меня человек-легенда. Отказываться было бы полным сумасшествием.

Мастер-класс проводится в новом Центре олимпийской подготовки по дзюдо. При входе сразу же удивляюсь. Меня встречает памятник... дзюдо. Да, именно дзюдо. Два борца, отлитые в бронзе, как будто заморожены в момент эффектного броска. Конечно, я люблю этот вид спорта, но чтобы ставить ему памятник? Я понимаю, бывают памятники конкретным людям или животным, например, памятник-шутка Чижику-Пыжику в Питере. Но памятник спорту? Это что-то новое. А почему не хоккею или футболу, ну в крайнем случае, гребле? Стоп. Гребле, кажется, где-то был. Вроде в одном из парков я видел полуразрушенную "Девушку с веслом". Чем не памятник гребле? И вдруг меня осеняет! Дзюдо сегодня не просто спорт, а спорт ПРЕЗИДЕНТСКИЙ! Затаив дыхание, приглядываюсь к лицам борцов. Вдруг увижу знакомое всей стране? Увы...
Наглядевшись вдоволь, решаюсь и вхожу внутрь.

Журналистов собралось человек десять. Причем добрая половина - девушки. Чего не сделаешь ради любимой профессии. Но все знают: Виталий - настоящий джентльмен. Надеемся, что будет совсем не больно. А, может быть, даже весело... Ощущение радости появляется сразу же, как только я одеваюсь в новенькое белоснежное кимоно. Нам приносят их прямо в упаковке. Разворачивая кимоно, вспоминаю, как совсем недавно, собираясь на день рождения, надевал новую белую рубашку. "Да, блин... Подлецу все к лицу! - думаю самокритично, но с оптимизмом. - Эх, жалко, что с кимоно не разрешают носить галстук". А вокруг уже резвятся переодевшиеся коллеги по цеху. Видимо, не только у меня поднялось настроение. Некоторых мужчин новое одеяние настроило на шутливо-воинственный лад. Они ухватили друг друга за грудки и, кряхтя, начали раскачивать. "Было бы эффектнее, если бы вы еще спрашивали: "Ты меня уважаешь?" - думаю скептически. - Ну что вы понимаете в дзюдо? Разве занимались у Юсупова, Тихонова, Тимофеева?.." Наигравшись, все вдруг вспомнили, зачем пришли. "А где Макаров?" - слышу вопрос.

Виталий вошел в зал внезапно и стремительно. Наверное, так и подобает появляться олимпийцам. Сразу стал шутить и улыбаться. Держался раскованно и свободно. Чувствовалось - привык к журналистам. "Да, нашим братом чемпиона не удивишь", - решили мы с некоторым сожалением. "Ну что, начнем мастер-класс? - бодро спрашивает Виталий. - Все готовы или сомневаетесь?" Рьяно демонстрируя готовность, журналисты-дзюдоисты выстроились в линейку. "Главное для начинающих - научиться правильно падать", - продолжает серебряный медалист и обнажает торс. Женщины приободрились, мужчины несколько сникли, кое-кто наверняка подумал: "Собирался же на прошлой неделе бросить курить. Завтра обязательно запишусь в тренажерный!" И вдруг из спортивной сумки Макаров достает свое кимоно с фамилией на спине и надписью Russia - то самое, на которое смотрело около миллиарда телезрителей. Обалдев от восторга, я не могу сдержать эмоции: "Виталий, неужели это оно, то самое?" - "Ну, в общем, да", - последовал ответ.

Дружно начали отрабатывать падения. Со всех сторон послышались хлопки и шлепки. "Ой", - жалобно вскрикнула девушка с ЧГТРК. "Хлоп!" - как бы в знак сочувствия ей раздалось с другого угла татами: там неловко приземлился ее оператор. "А вот так падать ни в коем случае нельзя, - наставлял Виталий. - Поджимая под себя руку, можно очень легко ее сломать". Все вокруг начинают падать с энтузиазмом и даже с некоторым мазохизмом. "Тоже, что ли, попробовать?" - решаю я и плюхаюсь навзничь. Вышло вроде бы неплохо. Главное, когда падаешь, - верить, что все-таки обязательно встанешь. Взглянув на окружающее, я вдруг вспомнил, как пятнадцать лет назад мы с друзьями точно так же падали, кувыркались, беззаботно шутили и смеялись, не задумываясь о завтрашнем дне. А потом взяли и неожиданно выросли.

"Ну все, хватит, - строго сказал Виталий. - Теперь я покажу вам несколько простых приемов". Роль строгого, но справедливого тренера ему явно нравилась. Я живо представил себе его через несколько лет, в этом же зале, тренирующего молодых дзюдоистов... Для отрабатывания бросков все разбились по парам. Большое зеркало напротив татами отразило запыхавшихся, взьерошенных, раскрасневшихся, но все еще бодрых журналистов. Мне в соперники достался оператор "Восточного экспресса". На голову выше, килограммов на двадцать тяжелее, он явно выглядел внушительнее. "Это движение называется бросок через бедро", - показывал чемпион, легко и красиво роняя своего спарринг-партнера. Показывать приемы на нас, видимо, не решался. Все-таки, как-никак, мы четвертая власть, и нельзя нас травмировать. Проследив за Виталием, каждый решил попробовать сам. "Ну вот и настало время моего триумфа", - подумал я. Схватив соперника за пояс, развернувшись всем корпусом и подсаживаясь, попробовал бросить. "Э...э...э, кхе, кхе", - мы завалились карикатурно и безо всякой эстетики. Мои радужные мечты рассеялись, как утренний туман. Триумф превратился в фарс. Я почувствовал себя жалким, ничтожным, только пишушим о дзюдо и находящимся вне ауры его красоты и величия. "Да, все таки пятнадцать лет прошло. Конечно, уже все забыл, нет того автоматизма и уверенности движений" Мой крах как-то сблизил меня с коллегами. Прежний дзюдоистский апломб слетел, как шелуха. Наверное, для того, чтобы закрепить это мое ощущение, соперник предложил теперь бросить меня. Делать было нечего, и я согласился.

Меня аккуратно и нежно взяли за пояс кимоно, немного подержали, слегка отпустили... И потом вдруг резко: трясь! Оказываюсь внизу, в очень неловком положении, физически ощущая, как трясутся и вибрируют все мои внутренние органы. Из подсознания, наверное, после встряски, всплывает народная мудрость: "Вспоминала бабушка, как девочкой была". "Да, пожалуй, дзюдо для меня - уже вид экстремального спорта", - думаю, с опаской поглядывая на соперника: вдруг ему понравилось? "Ну все, для начала хватит", - голос Макарова звучит, как музыка.

"Теперь каждый может подойти и попробовать отработать этот прием на мне",- широко улыбаясь, говорит Виталий. От открывшихся перспектив лоб мой покрывется испариной. Вот так запросто подойти и бросить чемпиона мира, серебряного призера Олимпиады в Греции. Круто!

Уверенно, как в армии, делаю шаг вперед: я, мол, готов. Подхожу к Виталию, он держится открыто и дружелюбно. Простой, нормальный парень, не какой-нибудь медалист, ошалевший от звездности. Собравшись, вспоминаю все, что можно было вспомнить после пятнадцати лет. Беру захват, подворачиваюсь, подседаю, резко тяну руками, толкаю... Есть! Ура! Виталий повержен, и по ощущениям все получилось четко и, по-моему, достаточно эффектно. Поднимаясь, чемпион произносит нечто, похожее на похвалу: "Ничего получилось, нормально". Мое тщеславие начинает расти и раздуваться. Я выпрямляюсь, задираю нос... "Получилось!" - как бы заявляет вся моя фигура, но триумф быстро заканчивается. У серебряного призера Олимпиады начинаются стандартные интервью. Все журналисты переодеваются и перестают быть дзюдоистами. Сейчас все разъедутся по редакциям и начнут писать. А через какое-то время и совсем забудут о сегодняшнем дне, с головой окунувшись в профессиональную круговерть. "Хороший был мастер-класс, жаль, что все так быстро закончилось", - проносится в голове. И уже потом, по дороге домой, как на экране, в мозгу вспыхивает мысль: "Хорошо, что наш президент любит дзюдо. Если бы он любил шахматы, мне бы было не так интересно. В шахматы я очень плохо играю".

Роман МИСИНЧУК, специально для Chelyabinsk.ru

<< Вернуться в раздел "О дзюдо в прессе"